Мы привыкли понимать музыку и само творчество исключительно в одном виде — классика: Альбрехт Дюрер, Александр Дюма, the Beatles, Самуил Маршак, Рафаэль. Нам сложно принять тот факт, что искусство, как и наша жизнь, меняется, становясь, на первый взгляд, проще, а в глубине своей усложняясь. Именно по этой причине многие русские фестивали придерживаются традиционных взглядов. Реалия такова, что Россия — страна-консерватор. Любые новшества мы воспринимаем болезненно, пусть порой и не осознаём этого.

По мнению многих северян, да и не только их, на севере очень много серости, солнышко радует только в течение двух-трёх не жарких летних месяцев. Так же, если немного углубиться в скучную-нескучную историю, то всем (а может и не всем) известно, что на территории Архангельской губернии никогда не было крепостного гнёта, благодаря чему разные мастера-удальцы бежали именно сюда в поисках не только спокойствия и безопасности, но и вдохновения. В-третьих, Архангельск — первый порт России, официально открытый аж в 1584 году, однако существовавший и до этого в Холмогорах. К нам приходили скандинавские и немецкие купцы, привнося часть своей культуры в безликую столицу Севера. Возможно, из-за этих или каких-либо других факторов мы, северяне-поморы, искали ярких цветов и необычных решений в дизайне домов, интерьеров, одежды и искусстве. Возможно, в этих истоках кроется потребность архангелогородцев самовыражения всеми способами: традиционными и не очень.

Фестиваль имени Владимира Резицкого — комбо традиционной музыки и чего-то экстраординарного, необычного, покоряющего раз и на века. На это время в Архангельск съезжается множество талантливых джазменов со всей страны и даже из-за рубежа. Город становится таким же сумасшесшедшим, непохожим на себя в любую другую неделю, как на Венецианском или Бразильском карнавалах. Сам Владимир Петрович, думаю, оценил бы происходящее на сцене, ведь это вполне в его духе: совмещать не совмещаемое.

Признаюсь, до пятого джазового фестиваля я слышать не слышала о Резицком, его группе «Архангельск», тем более уж о её всемирном успехе. Успех действительно был таким, поскольку альбомы группы продавались за рубежом, а вот в Советском Союзе их переписывали с одной кассеты на другую с помощью магнитофонов. Для современного человека, ни разу не видевшего магнитофон, сложно представить масштабы, но «видавшие своё» поймут. К слову, такая же ситуация обстояла и с Владимиром Высоцким, может быть, его имя и слава более известны моему читателю, и это поможет сложить вышесказанное в некую картинку.

Пятый фестиваль обещал многое, хотя бы от того, что это его первый юбилей. По словам моих старых и случайных новых знакомых, первые дни фестиваля, а именно 15 и 16 октября, были невероятно атмосферными, вдохновляющими, поражающими и, как ни очевидно, джазовыми. Джаз был везде: с гардероба при входе до гардероба при выходе. Даже много после этого.

Позволю себе небольшое отступление, которое называют лирическим, хотя оно совсем не наполнено лирикой и сентиментальностью. Около года или двух назад моя хорошая подруга предложила сходить на джазовый концерт. Уже тогда ей нравился джаз, но я не находила в нём ничего привлекательного. Мне казалось, что данный музыкальный жанр для людей в возрасте или для тех, у кого в голове не пусто, и они понимают все детали, которые ухищряется сотворить музыкант. Однако, недавняя поездка в Санкт-Петербург отчасти изменила моё мнение. В одном из заведений, где я обедала, на фоне играл джаз. Смотря из окна на куда-то торопящихся людей, промоутеров, которым лишь бы отдать стопку бумажек и пойти домой, где тепло, я поняла, в чём сок джаза: он идеально вписывается в городскую суету, описывает её и даже придаёт некую изюминку.

Я вспомнила именно эти мысли, когда на закрытии фестиваля 18 октября выступал проект «O-Ki-Ti-Do», созданный музыкантами из Архангельска, Москвы и Санкт-Петербурга. Одна из представленных ими композиций так и называлась — «Архангельск». Удивительно, как джазмены из разных городов могут за кратчайшее время договориться и составить сценарий, получая на выходе идеальную композицию. Наверное, выступление «O-Ki-Ti-Do», в составе которого был сам Тим Дорофеев, организатор фестиваля, было наиболее классическим, хотя, по словам Олега Киреева, столичного саксофониста, проект постарался осуществить на архангельской сцене то, что на других фестивалях себе не позволил бы.

Хочется не забыть про приглашённую ведущую Елену Сергиевскую, подарившую чувство знакомства и близости со всеми музыкантами, даже с гостями из далёкой восточной страны. «Hikashu» существует с 1977 года, что, на мой взгляд, уже звучит достойно и внушает доверие и уважение. Казалось бы, японцы — исключительно тихая, спокойная и умиротворённая нация, однако, это лишь заблуждение. Чтобы убедиться в обратном, стоит вспомнить хотя бы обилие японских субкультур или представителей особого направления в музыке — японского рока (j-rock): Dir en Grey, Girugämesh, the GazettE, Malice Mizer или Miyavi. Каждого из них навряд ли можно назвать «уносящим в нирвану», хотя кому как. Если сказать, что приглашённый коллектив «Hikashu» не взорвал зал, то даже это мало что скажет об их выступлении. С самых первых секунд игры своих композиций они покорили сердца архангелогородцев. В какой-то момент мне даже показалось, что они сами не ожидали дикого успеха и восторга у зрителей. Увидев бурную реакцию закрытого и не эмоционального северянина, японцы раскрепостились и начали показывать такое, что, увы, в статье словами не описать, даже устно не похвастаться. Зал не хотел их отпускать: коллектив играл пару композиций на бис. Правда, обычно играют что-то уже сыгранное, но тут они пошли против системы. Вообще, они пошли против системы с самого начала, используя для создания музыки не только традиционные инструменты, но так же терменвокс, хлопки ладошами, топот ног и собственный голос.

Бесподобно своими голосами владеют и участники коллектива-пятиминутки «Арт-Ансамбля», композиции которого сочетали в себе что-то среднее между знаменитой арией Дивы Плавалагуны, русскими народными песнями, джазом и классической игрой на рояле. По словам Елены Сергиевской, конец фестиваля всегда показывает всё самое лучшее, как мы оставляем вишенку от торта напоследок, а потом неохотно кушаем её, закрывая глаза от удовольствия.

Однако самая спелая и вкусная вишня — любовь к джазу, сочетаемости традиционного и чего-то авангардного; спокойного и в то же время настолько заводного, что хочется встать посреди зала, танцевать, напевать себе что-то под нос и получать удовольствие. Начинать знакомство с джазом и его братьями советую с посещения этого фестиваля. Фестиваля имени Владимира Резицкого: обжигающего, яркого, неординарного и оставляющего живые воспоминания.