В лабиринте

Некий солдат, окоченевший на зимней стуже и уставший, ждёт кого-то возле фонаря под непрекращающимся снегопадом. В руках он держит коробку с неким содержимым, обёрнутую в бумагу; он её должен кому-то передать. Он не помнит никаких деталей встречи: где, когда и с кем она должна состояться; он ничего не помнит о себе: из какой он воинской части, чья на нём шинель. Он переходит с улицы на улицу, но вновь и вновь ощущает, что оказывается на точно такой же улице, на которой был прежде. Вновь и вновь он наталкивается на мальчугана, словно знающего какой-то секрет важный для солдата, но избегающего его.

Таков сюжет романа Роб-Грийе «В лабиринте», написанного в 1959 г., — только читатель почувствует развитие событий, как оно резко прерывается и уводит в «описательный лабиринт вещизма». При этом, несмотря на внешнюю простоту оформления мысли, текст пронизан сложной системой символов, знаков и аллегорий, допускающих множественные толкования. Именно это делает «лабиринт» Роб-Грийе более запутанным, но не менее увлекательным для нахождения выхода из него.

Данный роман — идеальный представитель французского «нового романа».

«Новый роман» — направление, сформировавшееся в 1940-60-е гг. во французской прозе. Его лидерами стали Натали Саррот, Ален Роб-Грийе и Мишель Бютор. По их мнению, традиционному типу романа давно пришёл конец, персонаж исчезает — на смену ему приходит «вещизм» и обособленное письмо, умирает и автор — читатель становится со-автором произведения.

Повествование ведётся от первого лица, что с первого предложения накладывает отпечаток субъективности описываемых событий. Взгляд каждого человека индивидуален: мы по-разному воспринимаем слова людей, по-разному обращаем внимание на детали и окружающие нас вещи вообще. Солдат предлагает нам свою интерпретацию увиденных им предметов, коих большое множество. Впрочем, «я» персонажа отчётливо видно именно в начале романа и в последствии оно растворяется в среде, появляясь вновь лишь в самом конце.

В манере солдата описывать окружение чувствуется склонность самого автора к работе с производством фильмов. Произведение читается словно кинолента в текстовой форме.

Как и другие ранние произведения Алена Роб-Грийе, «В лабиринте» главную роль занимают вещи. Автору не надоедает их описывать, а наоборот — он будто бы в экстазе расписывает даже самые мелочи, придавая им значительности.

То, как солдат описывает эти вещи, читатель, в зависимости от своего читательского и жизненного опыта, возраста и других факторов, способен по-своему воспринять слова персонажа. Например:

Если контуры достаточно отчётливы и позволяют точно определить очертания предмета, его легко обнаружить где-нибудь поблизости. Так, круглый след оставлен, очевидно, стеклянной пепельницей, стоящей неподалёку

В данном отрывке слово «очевидно» читатель может трактовать в трёх смыслах: очевидно = вероятно, очевидно = ясно, очевидно = бесспорно. Таким образом, количество интерпретаций не то что романа, а даже каждого предложения, как минимум утраивается.

Мотив повторения затрагивает все уровни — смысловой, синтаксический и лексический — чем вводит читателя в исступление и наводит на размышление, что всё описываемое — просто бред больного человека.

Извечное повторение одного и того же действия, одних и тех же вещей, впрочем, как и само особое внимание к вещам — всё это поднимает философский вопрос бытия. Возможно ли понять причины и смысл существования? Возможно ли найти толкование устройства внутреннего мира человека и внешнего мира? Почему всё так, как есть? Ответов на эти вопросы в тексте произведения нет. Известно лишь одно: мир существует, и всё. Все предметы этого мира — не символы, а доказательства нашего существования.

Однако зацикленные фрагменты представляют собой некие этапы, как в современных компьютерных играх, при прохождении которых персонаж получает награду и переходит на следующий, не многим изменённый этап. Грядущий этап раскрывает завесу на новые детали и смыслы, накладывающиеся на открытия предыдущих этапов. Это позволяет читателю стать полноправным соавтором истории, и даже её автором — Роб-Грийе даёт нам лишь скелет произведения, определённый мотив.

И так, читатель, по воле самого Алена Роб-Грийе, попадает в лабиринт «читатель-соавтор-персонаж-мотив», выход из которого ему необходимо найти самостоятельно в процессе медленного чтения и размышления над мельчайшими, но важными деталями.

рекомендуемые источники на русском языке:
  1. Ален Роб-Грийе «За новый роман», 1963
  2. Литературный портал: Новый роман
  3. Французский «Новый роман» в интерпретации Алена Роб-Грийе
  4. Л.А. Гапон «Поэтика романов Алена Роб-Грийе», 1998
  5. О. Рогов «Лабиринты Алена Роб-Грийе», 2007
  6. А.Ю. Устинов «Игровой лабиринт как принцип поэтики романа А. Роб-Грийе “в Лабиринте”», 2008
  7. С. Воложин «Почти ничего», 2008
  8. А.Г. Вишняков «Ален Роб-Грийе: ревность в лабиринте знаков и структур», 2010

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: